На блокпості мене питають: «Куди їдеш? До кого? Навіщо?» Знаю, що кожна відповідь повинна бути коротшою за три секунди. Три секунди — це межа між тим, що мене відпустять чи ні. Тому говорю повільно, рівно, без тремтіння. А всередині — ураган. Страх, який за три роки став частиною дихання.

Фэйсбук подкинул фотографию. Ровно 11 лет назад я стояла на черной земле Майдана, освобожденной от брусчатки и покрытой гарью. Помню с какими чувствами я выходила из метро на Хрещатике, мы все там выходили. Целый поток незнакомых людей, поднимались по эскалаторам с детьми, цветами, свечами. Мы ехали из-под земли на свет, чтобы увидеть историю, и почтить память тех, кто уже не сможет ее увидеть. Баррикады шин были завалены цветами, больше всего красных гвоздик – советская традиция приносить именно их в память о павших героях. Свечи зажигали и ставили прямо на покрышки, землю и брусчатку. Я посмотрела под ноги, земля была чернее моих...

Похоронила маму месяц назад. Она очень переживала и ждала, когда вернуться внуки домой и не дождалась. Диагноз – сердечная недостаточность. Сегодня ехала в автобусе и думала о том, что моя мама ещё могла бы жить, если бы не эта чёртова россия. Я от злости позвонила знакомым и специально очень громко, чтобы все люди в автобусе слышали, начала матами проклинать всех русских и тех, кто за россию и смотрела на реакцию людей, но абсолютно все сделали вид что ничего не слышат. Я только сегодня поняла, что в Мелитополе остались одни зомби и им безразлично, в каком мире существовать.»

Те, що я зараз розкажу, вам дуже не сподобається. Воно і мені не подобається. Я працюю в культурній сфері все своє життя і коли прийшли окупанти, зробила все, щоб мої виїхали і щоб ними не ризикувати. Я лишилася, щоб доглядати господарство – і сімейне, і культурне. Від початку для мене все було чітко і зрозуміло: тут свої, тут окупанти. Треба зберегти, триматися подалі, не потрапляти на очі й пережити цей період, як пережили "ковід". Думалося, от наші прийдуть – тут я вірю в ЗСУ, але напевне вже як в рядових хлопців, що б’ються за свою землю. У владу –...